2 августа 1892 года в Юзовке стихийно вспыхнул «холерный бунт», ставший своеобразной переломной точкой в истории города.Возможно, ничего такого и не случилось бы, если бы не высокая концентрация винных паров в возмущенных массах. Как свидетельствует исследователь Юзовки Теодор Фридгут, любимым местом желающих напиться считалась базарная площадь. Здесь количество питейных точек сильно превосходило среднестатистическое. Правда, и полицейских было больше, но от взрыва народного гнева это не спасало. На базарной площади, все и началось…
2 августа был выходным днем. По этому случаю, а также из-за крестного хода, который готовились провести в дополнение к молебну об избавлении от холерной эпидемии, юзовские кабаки были закрыты. Но эта проблема решилась легко. Толпа, наэлектризованная неспособностью властей справиться с эпидемией, обозленная на медиков, которые, по мнению народа, «хоронят заживо» рабочих в своих «больничках», двинулась через торговые ряды к холерному бараку. Проходя мимо закрытых винных лавок и трактиров, повстанцы внесли в свой план коррективы и сделали остановку, чтобы вскрыть эти закрома и угоститься на славу. Решив задачу, они начали грабить все лавки без разбору, особенно, впрочем, упирая на принадлежащие евреям (представителей этой злополучной нации считали причиной всех бед рабочего человека, да хоть бы и холеры). Для усмирения беспорядков были посланы казаки, жестокая стычка окончилась стрельбой и многочисленными жертвами. К концу дня картина разгрома была страшная: пылающие лавки, крики, стоны, вопли… Но, по крайней мере, казалось, что хаос бунта позади.
Однако на следующий день беспорядки вспыхнули с другой стороны Юзовки – на Ларинке. Опять – разгром базара, опять повальная пьянка. Явившись к полицейскому участку, бунтовщики добились освобождения задержанных товарищей. В конечном итоге, революции не получилось: присланный пехотный полк восстановил порядок, да и у самих повстанцев агрессия мало-помалу выветрилась вместе с похмельем.
«Холерный бунт», в результате которого сгорело более сотни построек в центре города, изменил лицо Юзовки. Вообще, если честно, городом тогда здесь и не пахло, хотя пахло примерно так, как и сейчас. Юзовка была поселком, и невзрачным, выстроенным без системы и без мысли о какой-то эстетике. Пожары очистили пространство. Тремя годами раньше, в 1889-м, владелец земли, на которой обосновался центр Юзовки – князь Ливен – продал ее «Новороссийскому обществу». Первым делом, новые хозяева изменили правила сдачи участков застройщикам. При Ливенах от арендаторов не требовалось соблюдения особых строительных норм. Администрация «Новороссийского общества» обязала возводить дома только «правильные» – по одному из утвержденных англичанами проектов. Кроме того, арендатор был обязан оформить возле своего дома тротуар и посадить деревья. Вообще, правил было много, и не все они были продиктованы заботой о Юзовке. Сыновья Юза, ставшие у руля «Новороссийского общества» после смерти папы, как и он, стремились прежде всего выкачать из этого благословенного места как можно больше денег. Но в том, что город стал выглядеть прилично, свою роль они таки сыграли.
