Недалеко от пересечения нынешних Артема и Богдана Хмельницкого, примерно на месте недавно еще функционировавшей часовни, стоял памятник захороненным там французским солдатам. Такую историю мне рассказал один местный старожил. По детским годам, он запомнил этот четырехгранник, на котором было написано что-то про французов и про крымскую войну. Кто поставил это? Куда делся памятник? Ничего этого старожил не знает.
Факт показался мне смешной фантазией, но потом стали приходить свидетельства того, что что-то такое там все-таки стояло. А наш друг Aryason даже подбросил вот такую иллюстрацию – кадр из военно-итальянской хроники:
Факт показался мне смешной фантазией, но потом стали приходить свидетельства того, что что-то такое там все-таки стояло. А наш друг Aryason даже подбросил вот такую иллюстрацию – кадр из военно-итальянской хроники:

Он задался вопросом: а не искомый ли четырехгранный памятник виднеется за итальянскими солдатами? Впрочем, качество фото такое, что предполагать можно что угодно.
Как могли попасть «крымские» французы в Юзовку, которой тогда еще не существовало? Можно отталкиваться от того, что «во время Крымской кампании 1854–1855 гг. англо-французская эскадра атаковала приазовские города Таганрог и Мариуполь. На мелководье в азовских косах союзническую эскадру в полном кавалерийском строю встретили вернувшиеся в мае 1831 года из-за Дуная отчаянные «двойные» (дважды бежавшие от властей) казаки Иосифа Гладкого. В 1849 году эти казаки основали на побережье Азовского моря станицы Новониколаевскую (ныне город Новоазовск), Николаевскую и Покровскую. Среди этих «сорвиголов» был и прадеды макеевского металлурга, а затем — горняка Владислава Егорова и донецкого историка Вадима Задунайского. В кампанию 1854–1855 года вернувшиеся из-за Дуная казаки Гладкого не допустили европейской оккупации Донецкого края».
Это раз.
Второе. Тот же Aryason впомнил про урядника Чебатарева, который отличился в Альминском сражении, после которого русские силы отступили в Севастопаль. Был награжден знаком отличая военного ордена, а его имение было вроде как в районе между Мира и Шевченко. «Может это он нагнал сюда пленных?» – риторически спрашивает Aryason.
Тем временем, оказалось, что впервые (видимо) о французском памятнике упомянул 8 сентября 2006 года журналист Алексей Гушанский в статье «Время назад» на ресурсе «КИД». Вот что он написал: «Возле пересечения проспекта Богдана Хмельницкого и ул. Артема был памятник из красного гранита в форме четырехгранной пирамиды. Там была братская могила французов - военнопленных 1856 года, которые были под Севастополем».
Я побеседовал с Алексеем Гушанским. Алексей рассказал, что по уточненным данным, речь идет не о французах, а, скорее всего, о моряках-севастопольцах, героически оборонявшихся во время Крымской войны. И вроде бы памятник поставили после революции, а вот что с ним случилось после войны, таки неизвестно.
Тем временем, неугомонный Aryason связался со знаменитым историком Степкиным, который по поводу памятника написал следующее: «Очень может быть, что это пленным французам. Каким образом их занесло в Юзовку, не совсем понятно. Тем более, что она образовалась через десять лет после окончания Крымской войны. Может, работали на казенном руднике, организованном кн. Воронцовым в районе Александровки-Щегловки? Кладбище то было вроде как холерное. Да, больше вопросов. Но то, что в хронике - это или зеркально отображенное кадра или это не Донецк. Здание справа на переднем плане, а памятник дальше. Но если это студгородок - все должно быть в зеркальном отображении, то есть: общежитие слева на переднем плане, а памятник справа на дальнем. Но... Встань к округлому выступу бывшего Первого общежития и прикинь расстояние до возможной точки стояния памятника. Получится, что тогда на снимке памятник должен быть отодвинут гораздо дальше».
Ну, и напоследок Aryason сгенерировал еще одну идею - по поводу того, что французы работали на Александровском руднике. Это, он считает, вполне возможно. В 1848 году хозяин рудника князь Воронцов передал его в аренду симферопольскому купцу Х.И.Иванову, который вполне мог договориться о выделении ему пленных, которые концентрировались в Симферополе, а Иванов был к тому же поставщиком Черноморского флота.
До ясности в этом вопросе еще очень далеко. Поиски правды, на самом деле, только начинаются. Обрывки этих гипотез выложены здесь, чтобы, как и в случае с «Загадочной стелой», путь к свету оказался короче. В общем, если у кого-то есть что-нибудь рассказать по этому поводу – милости прошу!
Как могли попасть «крымские» французы в Юзовку, которой тогда еще не существовало? Можно отталкиваться от того, что «во время Крымской кампании 1854–1855 гг. англо-французская эскадра атаковала приазовские города Таганрог и Мариуполь. На мелководье в азовских косах союзническую эскадру в полном кавалерийском строю встретили вернувшиеся в мае 1831 года из-за Дуная отчаянные «двойные» (дважды бежавшие от властей) казаки Иосифа Гладкого. В 1849 году эти казаки основали на побережье Азовского моря станицы Новониколаевскую (ныне город Новоазовск), Николаевскую и Покровскую. Среди этих «сорвиголов» был и прадеды макеевского металлурга, а затем — горняка Владислава Егорова и донецкого историка Вадима Задунайского. В кампанию 1854–1855 года вернувшиеся из-за Дуная казаки Гладкого не допустили европейской оккупации Донецкого края».
Это раз.
Второе. Тот же Aryason впомнил про урядника Чебатарева, который отличился в Альминском сражении, после которого русские силы отступили в Севастопаль. Был награжден знаком отличая военного ордена, а его имение было вроде как в районе между Мира и Шевченко. «Может это он нагнал сюда пленных?» – риторически спрашивает Aryason.
Тем временем, оказалось, что впервые (видимо) о французском памятнике упомянул 8 сентября 2006 года журналист Алексей Гушанский в статье «Время назад» на ресурсе «КИД». Вот что он написал: «Возле пересечения проспекта Богдана Хмельницкого и ул. Артема был памятник из красного гранита в форме четырехгранной пирамиды. Там была братская могила французов - военнопленных 1856 года, которые были под Севастополем».
Я побеседовал с Алексеем Гушанским. Алексей рассказал, что по уточненным данным, речь идет не о французах, а, скорее всего, о моряках-севастопольцах, героически оборонявшихся во время Крымской войны. И вроде бы памятник поставили после революции, а вот что с ним случилось после войны, таки неизвестно.
Тем временем, неугомонный Aryason связался со знаменитым историком Степкиным, который по поводу памятника написал следующее: «Очень может быть, что это пленным французам. Каким образом их занесло в Юзовку, не совсем понятно. Тем более, что она образовалась через десять лет после окончания Крымской войны. Может, работали на казенном руднике, организованном кн. Воронцовым в районе Александровки-Щегловки? Кладбище то было вроде как холерное. Да, больше вопросов. Но то, что в хронике - это или зеркально отображенное кадра или это не Донецк. Здание справа на переднем плане, а памятник дальше. Но если это студгородок - все должно быть в зеркальном отображении, то есть: общежитие слева на переднем плане, а памятник справа на дальнем. Но... Встань к округлому выступу бывшего Первого общежития и прикинь расстояние до возможной точки стояния памятника. Получится, что тогда на снимке памятник должен быть отодвинут гораздо дальше».
Ну, и напоследок Aryason сгенерировал еще одну идею - по поводу того, что французы работали на Александровском руднике. Это, он считает, вполне возможно. В 1848 году хозяин рудника князь Воронцов передал его в аренду симферопольскому купцу Х.И.Иванову, который вполне мог договориться о выделении ему пленных, которые концентрировались в Симферополе, а Иванов был к тому же поставщиком Черноморского флота.
До ясности в этом вопросе еще очень далеко. Поиски правды, на самом деле, только начинаются. Обрывки этих гипотез выложены здесь, чтобы, как и в случае с «Загадочной стелой», путь к свету оказался короче. В общем, если у кого-то есть что-нибудь рассказать по этому поводу – милости прошу!



